Баллада о бывших волках.

В неизвестном районе Евразии
Тысяч двадцать назад тому лет,
Катаклизмы терпя, безобразия,
Жил наш пра в энной степени дед.
Бормоча: « Кто мне враг – не люблю того!»,
По дремучим скитаясь лесам,
Одомашнил он хищника лютого,
Кровожадного, злого как сам.

Не противился насилию волк,
В стае кто сильней, тот и господь бог,
Подчиненье вожаку – псовых долг,
Даже если тот плешив и двуног.
На тропу войны с природой живой
Под мутанта предводительством встал
И свободу выражающий вой
На подобострастный лай поменял.

Бандерлогов отряд с самых древностей
Остальным досаждал и вредил,
В ряд общечеловеческих ценностей
Альтруизм никогда не входил.
Исковеркав охоты значение,
Добывал, убивал, истреблял.
Уменьшал чисто для развлечения
То один, то другой ареал.

Ради травли содержал сотни псов
Фараонский, царский, княжеский двор,
Заглушалась жизнь долин, рощ, лесов
Сиплым лаем полубешеных свор.
На благопристойных взвод – мрази полк,
Самодур, садист, тиран правит бал,
И поэтому врагом злейшим волк,
Особачившись, для фауны стал.

От ледовых пустынь до экватора,
На хребтах горных, в дебрях тайги,
Глядя в рот бесклыкастый диктатора,
Брал апорт, подносил сапоги.
Позволял домочадцам глумления,
От парфорса терпел дискомфорт,
Становясь при чужих появлении
Держимордою из держиморд.

Кто владельцу в чём-то не по нутру,
Должен быть настигнут, порван, убит.
За отходы, кости и конуру
К чёрту совесть, сострадания, стыд!
О насилии, бесчинстве, борьбе
Грёзы мучают и на поводке.
Был бандит волчара сам по себе,
Стал оружием в бандитской руке.

Только слугам за преданность почести
Как-то так не в чести у господ,
Однозначные статусы в обществе
Для шестёрок, забывших свой род.
Как презренья людей доказательства,
В языках многих переросли
Видовые названья в ругательства –
«Суки», «псины», «щенки», «кобели».

Человек разумный пусть и маньяк,
Самозваный над природою царь,
Понимает, что способна вот так
Только самая последняя тварь
Перед лысой обезьяною долг
Выполнять, лохматых братьев предав.
Ну не оборотень ли бывший волк,
Не иуда, если он – волкодав?

И когда себя с богом тождественным
Человек начал воображать,
Стал отбором противоестественным
В каракатиц волков превращать.
Из какой, человек, вылез жопы ты?
По деревьям скакать твой удел!
Над друзьями научные опыты,
Это ли не кощунства предел?

Панибратствовать с тираном на «ты»
Позволяет слугам мутагенез,
Как монархов лилипуты-шуты
Тойтерьер, болонка, мопс, пекинес.
Вызывает кис гламурных восторг
Не пастух, не сторож и не доха –
Без метафор ниже плинтуса волк
Превратившийся в чихуахуа.

Нет сомненья, созданье двуногое –
Биосферы гангрена и рак,
И плохое своё очень многое
Плавно перевело на собак.
Ненавидя свет этот по-чёрному
Каждый пёс, гладок или пушист,
Верный друг гаду определённому,
Остальным – враг и антагонист.

Не взирая на размеры и масть,
Псины всех без исключенья пород
Не природы совокупности часть,
А абсурдного безумия плод.
Голос разума над бездною смолк,
Так что будущее предрешено –
Вымрет скоро одомашненный волк
С повелителем своим заодно!
февраль-март 2019 г.