В нашей деревне.

В нашей деревне.

* * *
В нашей деревне давно нет закона,
Что было, что будет - теперь все равно.
В церкви осталась одна лишь икона,
Все остальное пропили давно.
Серый народ, отказавшись от Бога,
Пьет самогон, позабыв про посты.
Вот она светлая наша дорога:
С другом в кабак, а с любимой в кусты.


Все мы привыкли к такому раскладу
И не покрыть нам шестеркой туза.
Будем готовиться снова к параду,
А на безногих закроем глаза.
Нам не слыхать колокольного звона,
Колокола переплавим в ножи.
В нашей деревне давно нет закона,
Трудно здесь верить, надеяться, жить.


И воронье над деревней кружится,
Смотрит, где гнезда свои будет вить.
Голуби - это прекрасные птицы,
Только их нечем сегодня кормить.
Из кабака выползаем под утро,
В мутных глазах замирает вопрос:
То ли такое туманное утро,
Или навек мы ослепли от слез.

В нашей деревне.

* * *
В нашей деревне давно нет закона,
Что было, что будет - теперь все равно.
В церкви осталась одна лишь икона,
Все остальное пропили давно.
Серый народ, отказавшись от Бога,
Пьет самогон, позабыв про посты.
Вот она светлая наша дорога:
С другом в кабак, а с любимой в кусты.


Все мы привыкли к такому раскладу
И не покрыть нам шестеркой туза.
Будем готовиться снова к параду,
А на безногих закроем глаза.
Нам не слыхать колокольного звона,
Колокола переплавим в ножи.
В нашей деревне давно нет закона,
Трудно здесь верить, надеяться, жить.


И воронье над деревней кружится,
Смотрит, где гнезда свои будет вить.
Голуби - это прекрасные птицы,
Только их нечем сегодня кормить.
Из кабака выползаем под утро,
В мутных глазах замирает вопрос:
То ли такое туманное утро,
Или навек мы ослепли от слез.