Стихи и лирика на Я-пою Добавить стих

Васильки луговые,

Пробуждаясь в рассвете,

Будто глазки живые,

Загрустили о лете.

Или вспомнили может,

Что здесь быль коротка,

Счастье смутное тоже

Синий всполох цветка.

Ведь казалось вчера

В мае нам безмятежном,

Пылом звёзд вечера

Говорили о нежном.

А сегодня купая,

Лишь в утраченном взгляд,

Годы в сумрак упали
Кто вернёт их назад?

Станут осенью сниться

Чьи-то тёплые руки

И не смогут всё птицы

Кинуть в омут разлуки.

Клин растает вдали

С тем, что было прощаясь,

Но всегда журавли,

В этот край возвращались.

Васильки луговые,

Пробуждаясь в рассвете,

Будто глазки живые,

Загрустили о лете.

Падал снег в траву сырую скупо
И висела дымка над прудом,
Дверь открыл я и вошёл в халупу
Под названьем деревенский дом.

Скучное предзимье захолустья,
Хмурый вид, неубранная пыль
И глаза наполненные грустью,
Как пустая на столе бутыль.

Кинув на диван пиджак потёртый
И дрова берёзовые в печь,
Крепким словом посылал я к чёрту
Спички, что с разгона не зажечь.

А когда поленья затрещали,
То слегка повеселели взгляды,
Вынутые снедь с вином вещали, -
Вот тебе нашлось и для отрады.

Без потерь, закончив с бытом стычки,
Отчего-то был поездке рад
И наутро, сидя в электричке,
Вспоминал безлунье я и сад.

Скоро там замёрзнешь без тулупа
Но, тесня разлуки горький ком,
Сердце помнит милую халупу
Под названьем деревенский дом.


 

Где-то сокол парит
И в безмолвии синем
Куполами горит
Золотыми Россия.

Тишиною звеня,
Под лучами рассвета,
Даль покличет меня
Шляться пьяным от цвета.

Среди яблонь-невест,
В ласке белого мая,
Красоту этих мест
Всей душой принимая.

Нет ей счастья живей,
Чем остаться босою,
Нежа взгляды в траве
Просветлённой росою.

Знать, что, Родина, ты
С миром встретишь восходы
И в покое кресты
Распахнут твои своды.

Там, где сокол парит
И в безмолвии синем
Куполами горит
Золотыми Россия.

 

С колоколен в небеса
Льётся звон малиновый
И шумят дубы в лесах,
Помня Русь былинную.

В тёмной чаще, средь болот,
Закруживший душу,
Только леший приведёт
Их раздумья слушать.

Но пытливые глаза,
Нежа синь над кронами,
Разгадают путь назад
Дебрями зелёными.

Не дорогой столбовой,
Выйду в ширь заветную,
А тропинкой узкой той.
Что едва приметная.

Что и встарь уже была
Вся людьми исхожена.
От родимого села,
Как судьба проложена.

С колоколен в небеса
Льётся звон малиновый
И шумят дубы в лесах,
Помня Русь былинную.

Грусть твоя ни при чём —

просто пасмурный день.

Это  в сердце твоем

снова мигрень.

Что-то косо легло

в душу, пробив насквозь.

Тихо стучит в окно

дождь, дождь, дождь...

Грусть твоя ни при чём —

это, как все, обман.

Слишком доверилась ты

романтическим снам.

Что-то косо легло

в душу, пробив насквозь.

Тихо стучит в окно

дождь, дождь, дождь...

Дождик пролился —

и стих.

Стих — и сильнее вдруг.

Это сомнений твоих

замкнутый круг.

Что-то косо легло

в душу, пробив насквозь.

Тихо стучит в окно

дождь, дождь, дождь...

Грусть твоя ни при чём —

это, как все, обман.

Слишком доверилась ты

cнам, снам, снам.

Хочешь, чтоб отлегло —

сердцу не доверяй.

Жди, и заглянет в окно

май, май, май...

Этот дом купеческий
Из других времён,
Смотрит по отечески
На прохожих он.

Печным топкам в саже
Снов уют вверял,
Может видел даже
Самого царя.

От святой Руси имел
Душу хлебосольную,
И по праздникам гремел
Выплеснув застольную.

Узнавал всегда в лицо
Всех до самых низких,
На войну своих жильцов
Провожал, как близких.

А плохую весть услышав,
По кому-то слёзы,
Лил с покатой крыши
В локоны берёзы.

Этот дом купеческий
Из других времён,
Смотрит по отечески
На прохожих он.


 

У дороги клёны мокнут,
Осень в небыль их туманит,
И лишь тёплым светом окна
Вдалеке к уюту манят.

За одним из них я знаю,
Снова бросив взгляд на двери,
Ночью ждёт меня родная,
Злым предчувствиям не веря.

А в саду шумит берёза,
Словно вспомнить что-то просит,
Оттого разлуки слёзы
К цвету белому уносит.

Да и сам под ветра свист я
Окликаю те восходы,
Эти ветки, эти листья
Знают всё про наши годы.

У дороги клёны мокнут,
Осень в небыль их туманит,
И лишь тёплым светом окна
Вдалеке к уюту манят.


 

Заворожила осень листопадом,
Метелью чувств стучалась мне в окно,
Мне представлялась фееричным садом,
В котором шло счастливое кино.

Звала меня в безудержные дали,
Туда,где льются песенкой поля,
Где стройные берёзы в пёстрой шали
И в шапках разноцветных тополя.

Она меня манила красотою,
Своим багряно-палевым шатром,
Кидала в меня крошкой золотою
И соблазняла шёлковым платком.

Устав от безразличия немого,
Дождём промозглым брызнула в стекло,
Пустив в глаза тумана мне седого,
Ненастьем разлилась  сырым назло.

 

Травой ложился скошенной

у ваших ног, хорошая,

летел листом осиновым

за вами вслед, красивая.

Пылала осень поздняя,

мы рвали звёзды гроздьями,

и в омут ночи падали

цветными листопадами.

Чужие судьбы правите,

а у меня на памяти -

в оконной синей проруби

два облака и голуби.

Прошу простить, хорошая,

что я, как гость непрошеный,

хмельной от воздуха весны,

молю впустить в ночные сны.

Валерий Мазманян

Мамино письмо

Из деревни в город я пишу записку.

Наш сосед, охальник, Клавку давеч тискал.

Наш сосед-гуляка, как его родитель,

Он для всей деревни – бык-производитель.

Мужики по-пьяне ферму запалили,

Завалили прясла, трактор утопили,

Агроному морду сгоряча набили…

Конюха Митроху в мае схоронили.

А твоя зазноба укатила в город.

Говорили бабы, замуж выйдет скоро.

Крыша прохудилась. Приезжал бы в гости.

Плохо сплю ночами, жутко ломит кости.

Я теперь на каждый стук калитки,

Подхожу к окну – тебя гляжу.

Не могу в иголку вдернуть нитки,

Но носки пока еще вяжу.

Балаболка-Клавка приходила ноне.

Молодая баба, а все время стонет.

Распустила «нюни», я дала платочек.

Шибко я скучаю, приезжай, сыночек.

                                     Михаил ЭНС

Одинокая птица в небе-
На неё ты смотришь с печалью.
Только ты-мой  счастливый жребий!
Я тебя никогда не оставлю!

Припев:
Я тебя никогда никому не отдам!
Никому! Слышишь?
Никогда! Слышишь?
Я тебя никогда ни за что не предам!
Не за что! Слышишь?
Никогда!  Слышишь?

Одинокая яхта  в  море-
Заполняешь свой холст тоскою.
Ты как гжель на пустом фарфоре-
Мне всегда хорошо с тобою.

С грустью выхватил взгляд,
Как сегодня над рощами,
К югу птицы летят,
Шеи вытянув тощие.

И тревожно курлыча,
В неба хмурого стынь,
Снами яркими кличут
Зорь шальную теплынь.

Будто, видя вдали,
Нежность дней васильковых,
Возвратить журавли
Обещают их снова.

Да и сам в голубом,
Где-то плеске рассвета,
Я листаю альбом
Беспечального лета.

Там мне счастье земное
Грело душу не раз,
Обласкав глубиною,
Рядом вспыхнувших глаз.

Эми Шток

Ты коснёшься её,
Исчерпав весь  лимит  вдохновений,
Тонкой белой  бумаге разрешая немного остыть…
Ты  коснёшься её
И  не  будет  ни грамма сомнений
В том, что выбрало сердце своевременно нужную прыть.

Ты коснёшься её,
Заземляя  вулкан откровений,
И вспотевшей  ладони позволишь немного игры…
Ты коснёшься её,
В  недопаханность всех черноземий
И увидишь как рифмы открывают в коленях шатры.

Ты коснёшься её
Без оглядки, стыда, без надежды…
И горячий  язык  вдруг отыщет до кратера нить.
Ты коснёшься её
К нежной замше восставшей черешни,
Понимая, что сок  у любви  никогда …никогда не допить…

Эми Шток

Вечер бродит лешим
возле речки синей.
Воздух пьяным тёрном обжигает грудь.
Торопливо скинем 
памяти одежды,
чтобы до утра нам больше не уснуть.

Ты придешь с грибами,
я открою дверцу...
Упадет лукошко, сердце упадет.
Кошка радость чертит
длинными усами,
а про радость кошка никогда не врёт!!!

Крестики расплавятся,
те, что долго носим.
Просто вроде это, только не вздохнуть!
И уже не справиться
с грешниками осени,
выпивая счастья солнечную суть.

Жить хотелось не так,
Но решили всё беды,
Коню старый казак,
Свои думы поведал...

«Враг терзает страну,
А предчувствия грудь,
Скоро здесь на Дону
Многим выпадет путь.

Сколько раз ты со мной
В схватках лихо встречал,
Сколько раз вороной
Ты меня выручал.

Над рекой лебеда,
Да трава зверобой,
Суждено ли сюда
Нам вернуться с тобой.

Сердце льнёт к тишине,
Собираясь в поход,
Может там на войне
Роковым быть исход.

Черногривый, мой конь,
Ты в плохое не верь,
Сквозь смертельный огонь
Мы пройдём и теперь.

Хоть в степи на скаку
Я от ветра и плачу,
Любо мне казаку
Верить только в удачу.»

Осень, брат – такое дело!
И теперь пишу я смело.
Если день короче стал –
Моё место у листа!

С ручкой иль с карандашом
Или же с клавиатурой,
Но на «ты» теперь с культурой!
(Она выше этажом.)

Иногда заходит в гости.
Без намёков! Это бросьте!
И без всяких там «хи-хи»! – 
Вместе пишем мы стихи!




Пан СтеПан. 
(Вполне охотно отзывается и на имя "Алексей Осидак")
17.09.2018г.
Одинцово.

Колыхнулся ладьёй на плаву,

и поплыл листик ивы по речке,

а берёза роняет в траву

целый день золотые сердечки.

Облаков белоснежная свита

проводила вчера журавлей,

пусть зеркальная лужа разбита,

всё - к добру, ни о чём не жалей.

Косы чёрные тонкой рябины

перевязаны ленточкой алой,

листья рвутся в полёт голубиный,

тёплым словом в ненастье побалуй.

Ветер яблоню тихо качает,

не уснёт она, видно, без ласки...

у людей повелось, что ночами

сочиняются лучшие сказки.

Смотрит в воду красная рябина,
Лист роняя трепетный с ветвей,
Словно небыль скрытую в глубинах
Разглядеть зачем-то надо ей.

Не ищи, родная, отголосками
Пыл весны, чтоб счастье в нём украсть,
Полюбил я кудри твои броские
За огонь их смутный цветом в страсть.

Шумом твоим чутким вновь утешенный,
Вспомнил жизнь весёлую вразнос,
Хоть её надежды тройкой бешеной
В алость зорь бег времени унёс.

Всё красивым ставшее преданием
Ты назад вернуть пообещай,
С чьих-то губ услышать до свидания
Мне теплее зябкого прощай.

Смотрит в воду красная рябина,
Лист роняя трепетный с ветвей,
Словно небыль скрытую в глубинах
Разглядеть зачем-то надо ей.

За горизонт уносит стая тепло осенних дней и грёзы,

и паутина золотая легла на белые берёзы.

Сутулый высохший шиповник /при свете фонарей видней/

стоит пунцовый, как виновник холодных сумеречных дней.

В ресницах не таи обиду - не всё сложилось, как хотелось,

все октябри похожи с виду, когда в них видим только серость.

И первый снег - клочками ваты - с утра разбросан по дворам,

что сумрак этой ночью прятал уже давно известно нам -

что листьев золотая жила проходит под большой сосной,

что осень нам наворожила, узнаем будущей весной.