Стихи и лирика на Я-пою Добавить стих

Гефест Амуру сделал пулемёт.

Стрелять теперь удобней чем из лука.

Любовных пуль стремительный полёт -

Гибрид чудес, искусства и науки.

.

Разит сердца не простенькой стрелой,

А лупит каждый раз очередями.

Крылатый хулиган ещё малой,

Но мощь его ломает даже камень.

.

Не нужно больше прятаться в кустах

Стреляя по прохожим из засады.

Присел на стул, оружие достал.

Ни выбирать, ни целится не надо.

То бранят меня, то судят,

Видят страх в моих глазах

И обиду видят люди

И наивных планов крах.

вопреки я затаился,

себя я затаил,

осознав тебя,

я в прошлом,

было тем, было всем.

но мы же дальше,

все идем, к новым

высотам и новыми достижениями.

осознать надо нам,

что это было, не в серьез.

живя мы в разных краях,

я не понял ничего.

я же вовсе не прозрачен,

словно собран из зеркал.

какже я мог себя,

так пропустить.

что промыл, тебя в омлет,

не нужно бояться,

не нужно страдать,

не нужно грехи,

свои сохранять.

иероглифами страчу,

так чтоб каждый уявил,

я один и это факт,

и не ясный не кому.

я виду себя вперед,

а вы ищите себе хлопот.

живя я на тебе,

мир порушится во тьме.

недавно я потерял тебя,

потом тебя,

потом снова тебя,

в итоге я остался один,

как и вчера.

осознал, я был не прав,

но вы тоже не цветы.

вовсе не желтые, не красные,

вопреки я был, себя я полюбил.

живя в этих наивных мыслей,

я пойду отсюда прочь,

себя я прокачать,

и ведать тебя я потерять.

своими мыслями, я правлю,

холодны и мрачны,

видить провозглашаю снова,

это не твое и вовсе

не свое.

мысли тонут, я луна

в сеянии вчера,

было чудо в переди,

и видать мне тебя не хватит.

как я мог, так написать,

что является стихом.

ведь я вовсе, не прозрачен,

не вымочен, не знаю,

как это полюбить.

ощущаю себя поэтом,

средних лет,

наперед твержу,

вопреки слежу.

и вовсе не тобой,

а за собой,

ведь себя я потерял,

встретив я тебя.

Видят грусть и видят горе,

Зависть, жадность, боль и гнев,

Нецензурных мыслей море

И желаний грязный хлев.

ведь я себя, видаю так,

что укрыл на много лет,

затаился я в себе,

желаний вовсе нет.

я скучаю, желая радость,

смех и счастье,

но ты же нет, желая

разочерований, гнева и виновности.

мне дополнительно хлопот,

не нужно, чтобы ты была,

вовсе не чяруюсь я,

вижу себя я в месте, том

что крыл на пару лет.

Ведь я могу себя качать,

во мгле ночевать,

живя не тем, живя не всем,

я бы отдал тебя всем.

как я мог так ошибаться,

что-то верил, что-то слышал,

что-то видел,

и вовсе верил это не всерьез,

но как же я мог так ошибаться.

мне пришлось в себя провалиться, чтобы это осознать.

что я верил это не всерьез,

это было всерьез.

чтож вы делаете, со мною,

уже который год.

вспоминаю себя я в прошлом,

была радость, вечной в светле,

а сейчас я на дозах,

прокачал.

сознаюсь честно,

был не тем, что хотел.

ведь себя я потерял.

думать тяжко,

думать больно,

сильно я тебя,

не до оценивал.

ведь я это пишу сейчас,

в глуби ночной,

вспоминая то,

что не было в серьез.

я же вовсе не желал зла,

я же тебя так провозглашал,

а ведь потерять мне пришлось.

словно собран я тобою,

что так наивно верил я собою.

сейчас все ясно,

и понятно,

что это было

не в серьез.

понять одно я не могу,

что ты хотела дальше,

осознавая ты меня,

ведь зная кем я представляюсь,

я в себе закрылся.

все что было,

исчезло,

все что было расстроено,

все же мне нужно быть,

просто собою.

и да хоть это мой,

великий, длинный стих,

был написан мною вмиг,

это было так прекрасно,

что себя я уявил,

ведь я хотел понять,

что явно произошло.

как я мог так написать,

в эту минуту,

в этот час,

ведь я знаю только,

то что явилась ты.

осознать я это не могу,

что я это пишу,

думаю не идеал,

но мой первый длинный стих,

был про тебя.

осознать я не могу,

что без помощи я справлюсь,

ведь тебя я потерял,

это написал,

и ведать себя я прокачал.

думаю читать это долго

и муторно,

но знай что дойдя этого,

ты поймешь себя.

кажется этому пришел конец,

себя я прокачал, себя я ударял,

а ты беги от сюда прочь,

ведь тебя я не люблю.

коль дашь мне сверху,

тенью коть,

подумай лучше,

как ты можешь мне привлечь.

коль вздумаешь заикнуться,

что это ии,

то имей ввиду,

что это видно,

на меня,

как я страчу.

ведь я получил,

истинного себя,

осознал чего я могу,

чего я не могу.

просто вещь, и

это да, но всеже

нет предела.

думаю на этом все,

но где-то там,

где-то там,

ты живешь,

и не помнишь,

ничего!

На пыльном чердаке среди забытых рам,

Где паутина прячется по сумрачным углам,

Нашел я старый ящик, покрытый слоем лет,

Надеясь в нем найти старинный раритет

Смахнул с ларца века осевшей серой пыли,

Старинные сокровища желания мне сулили.

Но в глубине шкатулки под треск сухих пружин

Стояли две фигуры средь выцветших картин.

Там балерина в белом застыла в полусне,

Стояла элегантная, притихшая во тьме.

Танцор держал в объятия ту даму столько лет,

Красивый и галантный, во фрак он был одет

Я бережно коснулся потрескавшихся лиц,

Стирая пыль забвения с фарфоровых ресниц.

И стал искать пружину, чтоб танец оживить

Тех кукол, что когда-то умели так любить.

Но вдруг сама шкатулка издала тихий стон,

Мелодия раздалась сквозь скрип и тихий звон.

Тут дама тихо вздрогнула в серебряной пыли,

И в вальсе закружились, и жизнь вновь обрели

Они уже не плыли, как в прежние года,

Их танец прерывали и треск, и хрипота

Но в этих странных жестах, надломленных слегка,

Жила былой эпохи забытая тоска.

Как много лет под гнетом тоски и темноты

Они хранили память увядшей красоты

И ждали, что однажды воспрянут ото сна

Вернутся через танец в былые времена

Наверно, время хочет всё скрыть и унести:

Любовь, чужие лица, мелодии в пути.

Но иногда случайность, по мудрости Творца

Соединит опять разделенные сердца.

И слушает пусть время сквозь долгие года,

Как танцевали куклы свой вальс любви тогда.

И пусть забытый танец развеет нам печаль

Ведь даже смерть не в силах остановить тот вальс.

Синя девица. Ой! Дева синяя.

Шла от омута. Вёдра в рученьках.

Тонка талия. Сиськи дынями.

Глазки чёрные. Словно тученьки.

.

Парень пьяненький увидал её.

Толь жива она, толь умершая.

Холодна как лёд. Всё равно встаёт

В горле ком, в душе тьма кромешная.

.

Протрезвел чувак. Убежал в избу.

И принёс пальто бедной девице.

Не лежать молодке не гнить в гробу.

У печи пускай отогреется.

- С виду ты какой-то странный.

Ходишь словно под гипнозом.

А не пьян ли ты случайно?

А не принял ли ты дозу

Запрещённых препаратов?

Не курил ли гадкой дури?

Ни молчать, ни врать не надо.

Ты же смотришься, в натуре,

Словно зомби из мультфильма.

Может ночью монстр приснился

Или босс твой разорился

И уже закрылась фирма?

- Нет, дружище. Я влюбился.

Вечером сидя на лавочке,

При яркой ночной луне,

О любви поведал Клавочке,

А она отказала мне.

Вырвал с корнем ту лавочку,

По темну ушёл матерясь.

С тех пор не видел Клавочку,

На фиг она мне сдалась.

Много лет прошло без Клавочки,

У неё другая любовь,

Сижу на новой лавочке

О любви мечтаю вновь.

Где же, где моя Клавочка,

Бывшая моя любовь?

Семки грызу на лавочке,

Вспоминаю её вновь.

Была девчонкой. Верила в мечту.

Хотелось ей безоблачного счастья,

Заполнить содержаньем пустоту

И стать для мирозданья важной частью.

.

Желала измениться, стать собой

И быть сильней, выносливей и круче,

Способной, как герои, рваться в бой

И побеждать врагов собственноручно.

.

Свершилось и теперь он паренёк.

Брутальный, но такая же пустышка.

Глобальны перемены между ног.

Есть длинные усы… и сердце мышки.

Ночь спустилась над рекой.

Ветерок совсем не слышен.

А покой вокруг такой,

Словно мир уже не дышит.

.

Скучный берег. Ни души.

Да и тел почти не видно.

И теченье не спешит,

Ковыляет инвалидно.

.

Нет фонарика луны.

Но сияют звёзды-свечи.

Словно смерть, они бледны.

Одинокий человечек

.

Грустной статуей застыл

Словно зомби у могилы.

Сам себя он позабыл.

Мгла сознание накрыла.

.

И не ждёт уже рассвет

В голове потухший разум.

Нет эмоций. Мыслей нет.

Жизни нет. И дух не связан

.

Ни с пространством, ни с судьбой,

Ни с каким-то организмом.

Ни с дыханьем, ни с собой.

Он на миг ночной нанизан.

По дороге урагана

Шёл невзрачный пешеход.

Хрупкий, маленький и пьяный

Он шагал который год

Просто так, без всякой цели

И дышал то еле-еле

Всем казалось, что вот-вот

Унесёт жестокий ветер,

Разорвёт воздушной плетью

И закончится поход.

.

Била плеть, что было силы.

Но не сбила парня с ног

Тихий, робкий и унылый

Свой поход продолжить смог –

Путь бессмысленно-беспечный,

Скучный, грязный, бесконечный

И жестокий для сапог.

Растворился в злой стихии.

И бегут года бухие

И несёт хмельной поток.

Через будней серый бетон

Пробивается наружу мечта.

У мечты красивый бутон

И четыре хрупких листа.

.

Дует ветер скучных забот.

Светится тоскливый фонарь.

Дождь тревоги медленно льёт.

Но цветёт прекрасный бунтарь.

.

Расцветает ярко цветок.

Смело тянет вверх лепестки.

Мир к нему суров и жесток.

Опыт давит словно тиски.

.

Всё равно живёт и растёт

И стремится к солнечным дням.

И однажды он достигнет высот

Недоступных логики пням.

Ненавижу я биты,

Набираю высоты.

Полюбив одну,

Не живу в долгу.

Лежу в заперти,

Невинных слуг.

Не бегу служить,

Читаю с рук.

Лежать в бездействие,

Вопрос.

Понять одно я не могу,

Что я был в плену.

Забыть свой сон,

Далекий бой.

Вижу чудо впреди.

Ничего я не веду.

Вижу день, вижу лень,

Но веду себя вперед.

Жизнь изменилась, прошивка сменилась,

В коде и в дозах она проявилась.

Удары в торец — я чувствую боль,

И каждый увидел мою новую роль.

я укрылся на много лет,

спрятав себя на век.

На рассвете я очнулся,

оглянулся и застыл.

осознал себя я в прошлом,

был под маской, я с собою.

просветляют стены мне,

смотря на сквозь,

в черной мгле.

взаперти когда-то я лежал,

себя я накачал.

забылся я в себе,

не живя во мгле.

В тупике, я оказался, где горизонт во тьму упал,

Я себя… потерял.

Редкие прохожие,

На людей похожие,

Ходят вдоль по улицам,

Хмурятся, сутулятся

И по поведению

Словно приведения.

Пахнут сигаретами,

Водкой и котлетами,

А ещё огурчиком

И несвежим супчиком.

Все с утра шатаются,

Но идут, стараются,

В нужном направлении.

Нет у них сомнения.

Цель прохожих ясная.

Магазины частные

Раньше открываются.

Там опохмеляются

На людей похожие

Редкие прохожие.

По полю гуляют дубы и берёзы,

А в рощах небесных растут облака.

Сервант белокрылый работает носом –

Из тонких деталей он лепит макак.

.

Вещает торшер о налогах и сборах.

Он хочет быть избран фонарным столбом.

Хрустальные вазы едят мухоморов.

А пьяные тапки храпят под холмом.

.

Подушка рисует солёные звуки.

Не едет рояль, так как сломан карась.

Гора приуныла, зевает от скуки,

Но очень внимательно слушает грязь.

.

А грязь рассуждает о фантиках вкусных

И как их готовить в холодном песке.

Река уезжает. Покинула русло.

Течёт к горизонту в дырявом носке.

.

Ныряют в нирвану седые качели.

Не верит газетам стальной табурет.

Подъезды скамейкам давно надоели.

По венам вселенной течёт интернет.

.

Дороги уходят в прекрасные дали.

Забрали с собой светофор и бетон.

Холодные звёзды на город упали.

Им снится о наших желаниях сон.

Жёлтый кенар в тесной клетке

Ни за что мотает срок.

Он теперь марионетка.

Человек к нему жесток.

.

Возомнил себя бескрылый

Прокурором и судьёй.

Бунтовать не хватит силы.

Против наглости людской.

.

Не сбежит из этой зоны

Златокрылый мелкий зек.

Беззащитный заключённый

Не способен на побег.

Диалог – дорогая и редкая штука.

В диком хаосе слов он не часто звучит.

Слишком мало желающих слышать друг друга.

Слишком много иллюзий, амбиций, обид.

.

Ворох мнений по миру кружит словно вьюга

И о чём-то своём каждый рот говорит.

Диалоги, как дети, рождаются в муках.

Нелюбимы людьми, вымирают как вид.

.

Говорить – это навык, а слушать – наука.

От неё заслоняет фантазии щит.

Монологи живут, наполняются звуком.

Диалог, как явление, миром забыт.

Мне с тобой совсем не скучно,

А легко и интересно.

Ты – мой самый дикий случай.

Наполняешь повсеместно

.

Каждый день своим звучаньем,

А сознание весельем.

Испугались все печали

И попрятались по кельям.

.

Лёд тоски растаял в сердце

Голос твой, как лучик, греет.

И потоки килогерцев

Всё задорней и смелее.

.

Но порой тебя мечтаю

Сделать чуточку потише.

Ты галдишь как птичья стая.

И людей других не слышно.

Стоишь во мраке беспросветном

И робко смотришь в темноту.

Дрожишь от страха. В сердце бедном

Не стук, а грохот. За версту

.

Слыхать, как ты боишься ночи.

И с каждым мигом всё сильней

Она беду тебе пророчит.

Ты преклонился перед ней

.

И громко молишь о пощаде,

Не веря в завтрашний рассвет.

И словно прячется в засаде

Могучий слаженный квартет:

.

Торшер и люстра и фонарик

И бра и всё подключено.

Но ты трусишка и лошарик.

Вокруг возможностей полно,

.

А ты стоишь, не жмёшь на кнопку

И ждёшь, когда тебя спасут.

Как можно быть настолько робким?

Такие долго не живут.

Как бы ни была сильна

Власть судьбы жестокой,

Ни гражданская война,

Ни проклятий строки,

.

Ни могучий ураган,

Ни чума, ни голод,

Ни десятки рваных ран,

Ни директор школы

.

Не способны разлучить

Вовочку с Наташей.

Лишь компьютер, может быть,

Так же в жизни важен.

.

Так же важен, как мечта

Быть навеки рядом.

Страсть подростков так чиста,

Но прикован взглядом

.

Вова к яростной игре.

Ната фотки постит.

Каждый в собственной норе.

Не заходят в гости.

Застолбил местечко в небе

Между пышных облаков.

Там ещё ни разу не был,

Но лететь уже готов.

.

Разноцветный, толстый шарик

Рвётся в радостную высь.

Солнца ласковый фонарик

Мне сигналит: «Понеслись!»

.

Я спешу навстречу свету.

Подымаюсь выше крыш.

Впереди, по всем приметам,

Лишь безветренная тишь.