- нашлось песен 22475

Время течёт за той рекой, но наша душа не знает потерь.

Заказ для Русской общины, Курск.Их прикольная история:В заброшенной ферме, скрытой среди пожухлых полей, стояли два ржавых ведра. Не простые ведра, а проклятые. Говорили, что тот, кто возьмётся за их ручки, обречён на череду несчастий. Ведра помнили многое: урожай, сгнивший в поле, смерть старого фермера, бесконечные дожди, которые смывали надежду, а так же их непростые, скорее печальные приключения с молодым человеком, по имени Жалгас. Их холодная сталь впитала в себя горечь и отчаяние.На этой же ферме, в тесном сарае, жили бройлеры. Тысячи одинаковых птиц, выращенных для быстрого забоя. Они были бессловесными свидетелями бесконечного цикла рождения и смерти, жизни без радости и свободы. Их существование было предрешено, как и судьба ведер.Однажды, во время сильной грозы, ветром сорвало крышу сарая. Дождь хлынул внутрь, затопив пол. В потоке воды, с крыши, скатились два проклятых ведра. Одно из них, ударившись об угол ящика с кормом, пролило содержимое – смесь зерна и гнили. Другое остановилось у клетки, где жили самые слабые птенцы.Из-за пролитого корма началась эпидемия. Слабые бройлеры, съевшие заражённый корм, начали умирать. Но странное дело – те бройлеры, которые оказались рядом со вторым ведром, не заболели. Они словно чувствовали какую-то защитную силу, исходящую от проклятого металла.Фермер, нашедший ведра и увидевший погибших птиц, испугался. Он попытался выбросить ведра, но в тот же момент его ударила молния. Он не погиб, но остался калекой на всю жизнь.С тех пор история о проклятых ведрах и бройлерах стала легендой. Говорили, что одно ведро приносит несчастье, а другое – странную защиту. Заброшенная ферма осталась пустовать, охраняемая двумя ржавыми ведрами, хранителями тайны жизни и смерти, счастья и несчастья, и бесконечного цикла бройлеров. Кто знает, может и сегодня, в темноте заброшенного сарая, шепчут ветры историю о ведрах и птицах.

Для группы саперов, по заказу мужа

В грязи по колено, по грудь в нищете. Друг друга кусаем, но терпим и ждем.