И она думает

и она думает про себя, слушая в наушниках «only you”,
«если есть в мире бог, то в тебе его чистый свет»,
она пишет: «как же черт побери я тебя люблю»
стирает и отправляет ему «привет».

и он думает: «мне бы по хорошему надо тебя беречь,
а я просто веду себя как полный дурак».
«вот бы только легонько коснуться плеч»,
и набирает ей сообщение: «ну ты как?»

и она думает: знал бы ты, как здесь всё без тебя уныло,
как материлась, била тарелки, орала, ныла,
как думала что бы такое написать, лишь бы ты пришёл.
как я скулила, когда тебя забывала, но не забыла.
и отправляет ему: «всё хорошо».

вряд ли он будет кого-то в той же степени ненавидеть и обожать,
вот она бежит к нему так, что едва не сбивает с ног,
а потом обнимает, сильнее к себе прижав,
и на этом моменте не нужно слов.

как она целует его наспех перед тем, как уехать,
как запоминает его руки, губы, глаза, ресницы,
ничего нет роднее его тембра голоса, запаха, смеха,
этим мальчиком совсем не хочется ни с кем делиться.

его хочется выкрасть и спрятать так,
чтобы не увидел ни полицейский, ни конвоир,
пронести в груди как сокровище, контрафакт,
чтобы до самой смерти этот мальчик был лишь твоим.

ей бы только смотреть на его взгляд из-под бровей,
сидеть рядом, чтобы на его плече покоилась голова.
она берет его за руку.
он накрывает её ладонь своей.
и на этом моменте кончаются все слова.

© Аня Захарова