Чингисхан

В огромной ю́рте Чингисхана
Сидели званые послы.
Впивались зубы в плоть барана,
Хрустели косточкой мослы.

Нет щёта здравицам и тостам,
Желаний власти и побед.
Стадам огромным больше роста.
От засух знойных меньше бед.

Один сказал, что пить не может,
Что слишком крепок тарасун.
Болит в груди и в горле гложет.
Устал, ведь ехал много лун.

---
Но гость с бокалом не испитым
Шпионом кажется с тех пор,
Что прикрывается гастритом,
А сам вникает в разговор.

Но гость с бокалом не испитым
Шпионом кажется с тех пор,
Что прикрывается гастритом,
А сам вникает в разговор.
----

Один сказал, что пить не может,
Что слишком крепок тарасун.
Болит в груди и в горле гложет.
Устал, ведь ехал много лун.

И Чингисхан метая пламя.
Сказал, сгибая плеть в дугу:
"Лишь только враг не выпьет с нами"
В совместном дружеском кругу.

Ты не наполнил тостагана.
Развесил уши по шатру,
А сам узнав о планах хана
Сбежишь отсюда по утру

------
И гость с бокалом не испитым
Шпионом кажется с тех пор,
Что прикрывается гастритом,
А сам вникает в разговор.

И гость с бокалом не испитым
Шпионом кажется с тех пор,
Что прикрывается гастритом,
А сам вникает в разговор.

--------
Но гость с бокалом не испитым
Шпионом кажется с тех пор,
Что прикрывается гастритом,
А сам вникает в разговор.