Сентябрь тому виной

Ветер запутался в бязевом флёре гардины –
бьётся в затейливых складках, как в клетке синица.
Ночь обещает быть тихой, спокойной и длинной.
В кои-то веки. Но мне почему-то не спится.

Скрипнет доска половицы от ног домового.
Сыч отзовётся пронзительным криком осипшим.
Всё, что играло, мерцало – собралось в дорогу,
как и завещано кем-то влиятельным свыше.

Лето покинуло чат и ушло в отрыв,
сдав в гардероб сослужившие службу сланцы.
Враз онемели, пустынными став, дворы,
голос мяча разменяв на «учёность» ранцев.

Жечь будет травы полуденный липкий зной,
Только всё выше над головою просинь.
Знаю причину – сентябрь тому виной.
Город в осаду берёт полководец Осень.

Сентябрь погасил загорелого лета костры,
в ноги прохожим бросая охряный гербарий.
Бесстрастен арбитр – календарь и жара вне игры.
Кроны пестрят, как ряды на восточном базаре.

Тикают часики... Время...Тайм-аут... Финал...
Моль покидает шарфы, свитера и жакеты.
Никелем блещет застрявшая в тучах над домом
алтын - луна,
выпав из рваного кошеля нищего лета...

Тучи провозят без пошлин транзитный груз,
крыши домов задевая тяжёлым брюхом.
В нервах гитарных звучит, звучит настроенье – блюз.
И писк комариный фальцетом над самым ухом.

Казалось бы, дело привычное, не впервой.
Но, город огни фонарей зажигать начинает в восемь.
Я знаю причину, знаю – сентябрь тому виной.
В платье – шанжан по бульварам гуляет Осень.