Империя живет...

Империя живет не в бровь, а в глаз.
В своих надеждах, чаяньях, сомненьях,
витийствуя, воруя, матерясь,
и неустанно множась в поколеньях.

А император? Император во дворце...

Где нет рабов, лишь караулы маршируют,
сверкая медным и серебряным. Тоска.
да слуги, что колонны полируют,
порфировые, воском, на века.

Империя несет свой тяжкий крест.
Измучены, изломаны границы.
Где варвары устроили наезд,
стремятся боевые колесницы.

То эпидемия, неурожай, падеж,
чума, холера, прочие напасти...
Сенаторы затеяли галдеж -
"Как дальше жить? Народ не любит власти!

А император? Мягко спит, и вкусно ест.
Его не трогают жилищные проблемы.
Дворцов без счета, челяди не счесть,
на Корсике и в Риме 2 гарема.

Империя? Пока еще жива.

Но потихоньку распадается на зоны.
Где власть от Кесаря,
там слишком много зла!
И... Легионы...Легионы...Легионы!

Куда деваться? Ты, рожденный здесь,
на веки обречен тащить вериги.
Пытаясь где-то быть! И что-то есть!
Подсиживая, и плетя интриги...

Кантабиле полуживых рабов,
на императора наводит скуку.
Еще не стар. Практически здоров.
Он римской власти главная порука.

А к вечеру на Капри будет пир.
Вернее оргия с красивым фейерверком.
Патриции, плебеи, Децемвир...
Все где-то далеко, по здешним меркам.

Империя как будто в страшном сне.
Её величие склоняется к закату.
И проступает глас народа на стене,
кровавой краской. Для чего нам император?