Над полем битвы кружит ворон, пожар и дым.
Боец , израненный, со стоном, лежит один.
Кругом земля темнее сажи, смерть сводит счёт,
А он лежит, не знает даже, что жив ещё.
А он лежит, уставив в небо, свой синий взгляд.
В жестокий, страшный смерти невод попал солдат.
В его глазах не образ неба, а облик той,
Что так любил и звал не смело своей мечтой.
Не видит он и птиц парящих над головой,
Его зовёт во тьме царящий земной покой.
Ему теперь в полях безбрежных цветов не рвать
В последний раз над ним как прежде склонилась мать.
Услышал он манящий голос: «Усни сынок».
И разрубил последний волос стальной клинок.
Не слышал он, в прощальной речи, чужую боль.
Была последней эта сеча, кровавый бой.
Сергеев Генрих, спасибо большое за столь лестный отзыв! Не стремлюсь к тому, чтобы кто-то там нервно