Война. Ожоги. Слепой и собака

Слепой и собака

На войне изранен был, – ослеп,

Привезли несчастного в деревню.

И узнал: жены здесь больше нет:

К зрячему ушла и вдела стремя.

Только пёс от дома не ушёл

Без хозяев даже, став бездомным.

Он один (как будто был с душой)

Заскулил и встретил лаем добрым.

Будто снова ощутил солдат -

Как черкнуло по глазам осколком.

Знал ли он - с собой не совладать,

Если двадцать лет ему – и только?!

С того дня и он, и верный пёс -

Всюду вместе, как ружьё с патроном.

Чтоб глазницы не видали слёз,

В сердце лил по-русски – самогоном.

Не учили, но, как поводырь,

Стала для хозяина собака.

Замерзал, напившись, -

от беды

воем выручала.

Снова плакал…

А война всё дёргала псалтирь*

И читала траурные ноты.

И жалели

во всю сердца ширь

Женщины слепого.

(Будто кто-то

Из родных вернулся, не убит!).

Есть давали, лили на похмелку.

Он собаку ласкою рядит, -

Оба ели из одной тарелки.

Но сгорело сердце у него

От тоски, от ран и от нагрузки.

Где-то там упал – и отлегло…

Схоронили всем селом – по-русски.

Спохватились – пса в деревне нет.

Вдруг нашли. На кладбище, однако.

Тихо падал на могилу снег, –

Укрывал, как саваном, собаку.

      *псалтирь – здесь род русских гуслей