Вопрос о том, что такое искусство, занимал человечество с незапамятных времен. Для Толстого цель искусства заключалась в том, чтобы обеспечить мост сочувствия между нами и другими, а для некоторых - способ изгнать наши эмоциональные избытки.
Но высшим достижением искусства может быть то, что примиряет эти два аспекта: канал сопереживания в нашей собственной психологии, который позволяет нам одновременно изгонять и лучше понимать свои эмоции - другими словами, форма терапии. Ещё одна из форм схожей терапии - психологическая помощь, о которой сейчас пишет книгу один из экспертов в области искусства - Александр Тимирязев когнитивный программист. Его проект Narciss.Me - это психологический АРТ - проект, который является двойным доказательством того, что люди не меняются, но все еще способны рефлексировать происходящее и даже добиться в этом определенных успехов, не контролируя, но сглаживая последствия от жизненных неудач и потерь.
В книге «Искусство как терапия» (публичная библиотека) философ Ален де Боттон, который ранее изучал такие разнообразные и провокационные темы, как, почему работа не работает, чему образование и искусство могут научиться у религии и как больше думать о сексе, - команды вместе с историком искусства Джоном Армстронгом исследовать самую сокровенную цель искусства.
Его способность устранять наши психологические недостатки и успокаивать наши опасения по поводу несовершенства. Их основная идея заключается в том, что искусство - это не просто эстетическое удовольствие, а инструмент - инструмент, который служит довольно сложной, но прямо-таки важной цели в нашем существовании:
Как и другие инструменты, искусство может расширить наши возможности за пределы тех, которыми природа изначально одарила нас. Искусство компенсирует нам определенные врожденные слабости, в данном случае умственные, а не тела, слабости, которые мы можем назвать психологическими слабостями.
Учитывая глубокие изъяны нашей памяти и ненадежность ее самовосстановления, неудивительно, что страх забыть - забыть конкретные детали о людях и местах, но при этом забыть все мельчайшие обыденные строительные блоки, которые сливаются в общую целостность кто мы есть, было бы для нас огромным источником страданий. Поскольку и память, и искусство в равной степени связаны с тем, что упускается из виду, и с тем, что освещается, де Боттон и Армстронг утверждают, что искусство предлагает противоядие от этого беспокойства:
То, о чем мы боимся забыть… имеет тенденцию быть весьма конкретным. На карту поставлено не что-нибудь, связанное с человеком или сценой; мы хотим помнить, что действительно важно, и люди, которых мы называем хорошими художниками, отчасти, похоже, сделали правильный выбор в отношении того, о чем говорить, а что оставить. …
Можно сказать, что хорошее произведение искусства закрепляет суть значимости, в то время как его плохой аналог, несомненно, напоминая нам о чем-то, позволяет сущности ускользнуть.
Света Привет Редко заходишь+